Время в ролевой:
январь 7021 года
зимние каникулы
Место действия:
Волшебная Вселенная Магикс

Система: эпизодическая
Рейтинг: PG-13
Мы - единственная ныне функционирующая ролевая по замечательному мультсериалу Winx.

Наш проект был активным и имел популярность в 2009-2013 годах, сейчас пришло время вспомнить былое и перезапустить его. Приглашаем Вас вместе с нами доказать всем скептикам, что ролевые по Winx жили, живы и будут жить ещё очень долго.

WINX CLUB: Ritorno Della Storia

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » WINX CLUB: Ritorno Della Storia » Альтернатива » Бесконечность и камни


Бесконечность и камни

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Бесконечность и камни

https://vignette.wikia.nocookie.net/winxopedia/images/9/95/%D0%A1%D0%B2%D0%B5%D1%82%D0%BB%D1%8B%D0%B9_%D0%9A%D0%B0%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D1%8C.png/revision/latest?cb=20160402145837&path-prefix=ru

Участники:

Время:

Место:

Тенебрис, Диаспро

13 февраля 7021 года

Храм Светлый Камень


Диаспро и Тенебрис оказались в Светлом Камне одновременно, так уж совпало. Фея попалась на передаче принца Эраклиона в лапы главы местной мафии, а мага помогла поймать мстительная нимфа с Диадена. Получили ли они оба достойное наказание? Возможно. Получится ли у них исправиться? Проверим.

0

2

- Ненавижу тебя! Сдохни!
- Спокойно, брат мой, ты отравлен скверной, это не твои слова.
- О нет, мои! Как только я отсюда выберусь... вы все провалитесь в Обливион!
- Злость - это болезнь. И мы обещаем помочь тебе справиться ней. А это скоро пройдёт, сестра Рена хорошо позаботилась о тебе. Не обижай её.


Вокруг трава. Мягкая, почти пушистая, не сравнимая даже с линфейской. Дерево, обвитое цветущим вьюном, а выше гнездо с пёстрыми птицами. Местные хорошо постарались. Огромный ухоженный сад в любой другой ситуации бы обрадовал мага. Мага? Больше нет. Светящийся обруч полностью подавлял магические способности, не пропускал даже сотой части, тысячной, ничего. Тенебрис был абсолютно безобиден.

С раннего детства единственным способом передвижения для злодея была левитация. Псионик научился этому раньше, чем начал делать первые шаги, способность появилась будто сама. Сильное телекинетическое поле вокруг, позволяющее держаться в воздухе и контролировать ближайшие предметы. А сейчас этого нет. Мужчина лежит на спине как перевёрнутая черепаха и не может подняться. Да и не пытается, пока ему с трудом даётся даже дыхание. Все свои силы ушли на злые слова в сторону служителей храма. И это Тенебрис? Даже близко не он. Светлый Камень не оставил ничего узнаваемого: спиленные пеньки-рога залитые какой-то смолой, их почти скрыли распушившиеся обрезанные волосы. Светящийся зелёный обруч не даёт даже привести мысли в порядок, а бесформенная белая одежда скрывает следы недавней битвы. И поражения, не сложно догадаться.

Здесь даже не на кого кричать. Можно проклинать кого угодно, и всё без толку. Больше-не-маг сходил с ума от бессилия и от боли, которую причиняло ему каждое движение. Чем именно его атаковали? То ли электричество, то ли плазма, то ли лёд, ощущаются они одинаково, если пропустить несколько заклинаний. Сбой за сбоем давали псионические способности и вот он здесь - заслуженно или нет. Смотрит снизу вверх на дерево, не шевелится, мечтает обо льдах Омеги, которые подходят злодею гораздо больше. Из всех совершённых Тенебрисом грехов доказать смогли только войну на Диадене. Ничтожно малая часть. Добавим к этому склочный характер, несколько серьёзных ошибок, потерю самоконтроля и вот... мягкая трава у храма, дерево и вьющие гнездо птички. Отсюда нет выхода даже для тех, кто может бежать в прямом смысле, для перевёрнутой черепахи тем более. Вокруг нет охраны. Служители храма только изредка присматривают за пленниками в образах влюблённых пар или играющих детей. Тенебрису сегодня не нужен был присмотр. Первое время многие ведут себя буйно, рвут траву, ломают ветки. Были и те, кто пытался навредить себе, но их останавливали. А маг придавлен сам собой к земле, какие тут разрушения.

И в голове пусто. Раньше псионик держал в разуме множество деталей, которым даже не придавал значения. Это положение каждой вещи рядом, он физически ощущал лежащий в метре от него карандаш, мог взять его не глядя и даже сделать какую-то пометку не поворачиваясь. Могло показаться, что всё вокруг мага живёт своей жизнью. Теперь он будто ослеп, все чувства ограничены повреждённым телом. О чём сейчас надо думать? Побег невозможен. Проклинать всех проходящих бесполезно. Ненавидеть себя за поражение, слабость, глупость, внешность, только это и остаётся. Знакомое чувство. Бессилие и боль, точно как много лет назад, почти в детстве. Оступившийся Улисс, у него снова что-то не вышло. Сейчас стоило бы испугаться: впереди снова такая же дорога? Слишком оптимистичная мысль для нынешнего положения. Плохо, когда пугают даже самые опптимистичные мысли.

Там внизу стоит ИМИУН, ещё работает, наклеивает блестящие наклейки на коробки с фальшивыми изобретениями. Какие-то миротворцы приводят Диаден в порядок. Никса. Где она, что с ней? Они разделились во время сражения, их развели специально, чтобы пресечь любые попытки конвергенции. В своё время ведьма научилась "громко думать", делая свои мысли слышимыми, но сейчас - тишина. Обруч не пропускает её шёпот? Её убили? Или тоже доставили сюда? Что нужно сделать, чтобы получить эту информацию? Ладно. Всё ещё больно и нет сил, чтобы подняться, но есть мысль, не дающая лежать без дела и желать себе смерти на Омеге.

Служители храма хорошо постарались обезличить каждого заключённого, у них не оставалось никаких личных вещей. А Улисс (только так сейчас могут назвать себя остаки мага) - исключение. У него была одна вещь, то ли пропущенная при осмотре, то ли оставленная специально - кольцо Эмпирики. Оно жгло палец, не давало разжать руку, хотя тоже полностью потеряло магические свойства. Необычный металл, подарок самой планеты красоты, единственное связующее с миром внизу. Что делать? Нужно найти хоть кого-нибудь, привлечь внимание, расспросить о событиях в Магиксе, но не подставить ведьму, которая могла быть жива. Слишком сложно. Особенно когда не можешь даже подняться. Все собеседники - птицы и цветы. Псионик лежал с закрытыми глазами и ждал чего-нибудь, хоть упавшего на голову жёлудя. Через пару часов ожидание было вознаграждено: чьи-то шаги рядом. Он повернул голову на звук. Любопытство всегда придавало сил.

[AVA]http://b.radikal.ru/b08/1904/6b/0761712f8db6.png[/AVA] [STA]Даже не спрашивай[/STA] [NIC]Улисс[/NIC]

+4

3

Помните, Диаспро раньше считала, что её растоптали, бросили, унизили? Что она никто, что само ещё существование бессмысленно теперь, когда она лишилась того, к чему шла с самого раннего детства, стирая в кровь ноги, руки, даже собственное я. Когда Скай выбрал Блум. Когда девушка думала, что, вот, в каких-то двадцать лет жизнь её кончена, что теперь она ничтожество и пустое место. Помните?

Забудьте. Пустым местом она стала теперь.

Её лишили титула, у неё отобрали сан хранительницы, принцессы, дворянки. Исключили из семьи, из благородного рода. От неё отказались те, кого она считала родными и близкими. Вышвырнули вон, наотрез отказавшись дать показания, не говоря уже о взятках. Больше не дочь. Не наследница, не защитница, не политик… никто. Девушка и раньше была одинока, но теперь… осталась совсем одна.

Кармин и не взглянул в её сторону. Суровые законы его планеты и такие же суровые её хозяйки, мать, сестра… Эринии, так он называл их. Они от такой невестки отказались в одночасье: бездарная, нищая, преступница. Она недостойна их. Она живёт не по чести. Не по справедливости. Неправильная. Ненужная. Неугодная.

С неё сняли все камни – последние капельки поддержки в этом угрюмом мире. Её друзья, безмолвные, но преданные. Яшма, рубин, сердолик… Забрали всё, памятуя, как много они дают принцессе… вернее, просто девушке. Диаспро. Но без драгоценностей это имя больше не значит ничего, какое там... Отдавая последнюю заколку, она ощущала это как никто. Больше не фея драгоценностей. Даже их теперь нет. Молчаливых и верных друзей, которые грели кожу в минуты слабости. Их нет.

Нет никого и ничего.

Есть только она, в неказистой льняной хламиде, пахнущей свежестью, в давящем на лоб грубом обруче, который лишает даже мысли о магии. В отвратительных панталонах, тапочках, в путах из собственных мыслей. Идёт одна, совсем одна. Впереди только луг, залитый светом, впереди бескрайние поля, полные цветов, росы, травинок… Голограмм самых разных персонажей. Как на подбор, красивых, счастливых, живущих в гармонии с собой, природой, обществом. Ненастоящих, но издали кажущихся реальными.

Она и раньше видела такие лица: во дворцах, на улицах, в Алфее. Но там у неё было что-то: деньги, титул, власть, возможность отпугнуть любого, пригрозить, получить что захочется. А здесь… здесь у неё есть только мысли о том, как всё так обернулось. Сожаления, растерянность. Возможно, жалость к себе.

Апатии вот только не было. А жаль.

Глубоко в сердце всё ещё копошился зверёк действия. Душа всё ещё, по старой привычке, рвалась что-то предпринимать, но мозг в смущении разводил ей в ответ руками. Нет ресурсов. Нет возможности. Нет надежды.

Яркое солнце не греет. Шелковые волосы не ласкают шею. Нежный ветерок не разгоняет на сердце туч. Всё это только декорации, совершенно не подходящие сегодняшней пьесе.

Повсюду были голограммы, динамики, не устающие изрекать одна за другой морали. Поток словесного бреда. Бессмыслица. Каждые сто метров воздуха, земли, воды кем-то или чем-то заполнены. Нет уголка, куда можно было бы сесть, в тень, спрятаться, свернуться комком, убежать от самого страшного – от одиночества в толпе. Толпе тех, кто на тебя и не взглянет. Толпе тех, для кого ты мусор… потому что теперь иначе тебя не назвать. Во дворце были покои, своды, колонны и потайные уголки. А тут… луг.

Диаспро ходила так кругами, то по одному бескрайнему цветочному полю, то по второму. Она быстро поняла, что отсюда нет выхода, что нет двери, через которую можно выбраться наружу.

Но ноги её просили идти.
Но сердце её просило идти.
Но разум её умолял делать хоть что-то, чтобы не думать.
Думать было нельзя.

Ещё один крюк, на сей раз рядом с деревом, уютная тень которого, конечно, занята. Прошла мимо, быстро, но не заметила блика, продёргивания, зуда. Не слышала треска прорываемой проекции.

Настоящий?

Она обернулась, не выражая ничего, кроме уныния.

+1

4

Живая.

Не могут местные иллюзии ходить с таким подавленным выражением лица. Только и всего: опущенные уголки губ, взгляд в землю, поникшая женская фигура. Никакой больше информации от неё не исходит, не прощупывается. Это будет сложно. Ей (да и никому другому) в голову не влезть, общаться придётся "как нормальные люди", додумывая остальное по мимике и жестам. На вид девушка растеряна, возможно, она тут недавно. Недавно! У неё могут быть те крупицы информации, хоть какая-нибудь зацепка.

Не уходи, - маг протянул руку к девушке, подал знак как мог. Она остановилась недалеко, только не прошла бы мимо, - Постой, я знаю тебя. Хоть и с трудом воспринимаю в таком виде. А как не узнать ту, кому обязан жизнью своей спутницы? Жаль, что мы встретились именно так.
- Диаспро? - да, это именно она, никакой ошибки. Как? Почему? Нет, принцесса никогда не пользовалась безупречной репутацией, на её совести было несколько скандалов вроде содействия Валтору или попытка "приворожить" принца, но эти новости быстро сменялись более интересными и уже давно забылись. Сейчас на слуху было её становление как хранительницы. И вот она в Светлом Камне. В одежде заключённой!  И с таким же зелёным обручем. В безобразных синих тапках! Именно эти безобразные тапки сейчас были видны Улиссу лучше всего, он ведь всё ещё валялся в траве.
Выходит, мы потеряли поровну: всё. А тебе было что терять. И ты не из тех кто просто сядет рядом и будет жалеть себя. Не из тех ведь? Принцесса Диаспро. Не принцесса.

Во внутреннем мире человека доброта — это солнце. - в семьдесят второй раз за день подал голос динамик. Маг считал все звуки которые слышал, чтобы чем-то забить образовавшуюся пустоту в голове. Например, птицы за час проигрывают один цикл анимации, по ним можно определять время, если его не объявляют по "радио".

Злорадствовать не хотелось. И совершенно не успокаивал факт, что кому-то тут может быть так же плохо, как и псионику. Странно, раньше чей-то испорченный день хоть немного, но поднимал настроение. А в нынешнем положении Диаспро было что-то... понятное, если не сказать родственное.
Сейчас мы оба одинаково никто. Будем знакомы?
Наверное, принцессе неприятно, что кто-то узнал её тут. Ещё бы, какой позор! Из высшего света и бальных платьев в монастырь над озером и балахон. Тенебрис не успел прославиться, поэтому не может полностью понять фею, но в любом случае приятного мало. Давай, динамик в кустах, заметь, что попытка понять ближнего это уже прогресс!
- Моё имя Улисс, с Линфеи, мы не знакомы, - и честность - тоже прогресс! Тут что, всё придётся замечать за полурабочую систему слежения?!

Хотя бы из уважения к собеседнице следовало подняться. Для начала сесть, дальше навряд ли. Неуклюжие движения не привели ни к чему кроме боли и стыда, захвативший три планеты маг дёргается как раздавленная гусеница. Он даже не знает как нужно правильно распределить усилия, упереться в землю и перенести вес, чтобы подняться. Кое-как удалось опереться спиной о дерево. Он что, настолько тяжёлый? Скорее, настолько слабый. В голове промелькнула не по ситуации оптимистичная мысль, что если здесь он хотя бы научится ходить, то заключение уже не пройдёт даром. Но только промелькнула. Взгляд феи вернул обратно в пессимистично-саможалеющее состояние. Отвратительно.

Друг – это одна душа, живущая в двух телах - семьдесят третье изречение из кустов. И ведь ещё ни разу не повторились!

А знаешь, железяка, ты права. Мы не друзья, даже не знакомые, и про души не говорим. Но проблема у нас одна. По крайней мере, на данный момент. Интересно, что ты натворила такого, чтобы оказаться тут? Стоило оно того?

[AVA]http://b.radikal.ru/b08/1904/6b/0761712f8db6.png[/AVA] [STA]Даже не спрашивай[/STA] [NIC]Улисс[/NIC]

+2

5

Её окликнули. По имени. По тому самому старому имени, которого девушка уже начала было стесняться. «Яшма»… Полудрагоценный, прекрасный камень. Прекрасный в своей текстуре, неповторимости узоров, в завораживающих хитросплетениях прожилок, вариаций цветов. Загадочный. Сильный. Яшма, драгоценная, уникальная и тем величественная…

Какая она теперь яшма. Скорее галька или какой-нибудь бесполезный алеврит.

Девушка обернулась за зов, удручённо, печально. Даже искра интереса, которую пробудил в ней этот неожиданный зов по её собственному имени, быстро угас в тени отчаяния. Пламя не загорелось. Только теплилось что-то, как наваждение. Безжизненные динамики уже не раз за сегодня звали её, пытались с ней заговорить. Обращались по тому слову, что раньше было её гордостью, тем, что она витиевато писала на указах, письмах, чеках. Но то динамики. То лишённый тела голос из ниоткуда, успевший засесть в печёнках со своими менторскими речами. А теперь вот человек. Живой человек. Такой же заключённый в этой солнечной и пасторальной тюрьме. Такой же несчастный. Такой же покинутый всеми. Тоже оставшийся ни с чем.

Он представился и правда был ей нисколько не знаком. Не напоминал никого из той, прежней жизни. А в новой… в новой выглядел точно так же, как и она сама. Слегка растрёпанный, тощий, усталый и грустный. Раньше Диаспро бы первым делом спросила себя: «А какого он рода, каков его титул? Как мне стоит обращаться к нему? И стоит ли?»… Но теперь... Какой в этом был смысл теперь?

- Теперь знакомы, - вздохнула она. Если с ней заговорили, это что-то означало. Если её узнали, это тоже означало что-то. Когда весь мир позабыл твоё имя, стоит обратить внимание на тех, кто по каким-то причинам ещё не сделал этого. Означает ли это, что тот человек тоже был знатного рода? Но тогда девушка знала бы его, хотя бы ориентировочно. Означает ли это, что мужчину поместили сюда ещё до её, Диаспро, «падения», и он попросту не в курсе, что теперь она ничто и никто? Наверное.

Но какая разница.

- Вам больно? – произнесла, когда Улисс попытался сесть. Без особого рвения, но участливо. Когда ты полон скорби, когда сил на злость уже нет, начинаешь относиться к другим с состраданием, подсознательно надеясь на то же в ответ. Полный печали, ты не агрессивен, скорее напротив. – Можно позвать монахов.

- Молодец, Диаспро. Сострадание к ближнему – вот первый шаг на пути к истине. – мягко раздалось из динамика на дереве, и с лица бывшей принцессы в миг слетели все эмоции. У неё не было желания даже закатывать глаза. Она даже больше не раздражалась. Эти изречения просто убивали все эмоции. Даже самые приятные и светлые.

+1

6

Только не уходи. Там, в зацикленном бесконечном измерении не будет ничего нового, сколько ни иди. Одна за другой голограммы. Дети, влюблённые, рыцари, всё здесь ненастоящее. Всё иллюзорное, от маленького цветка до огромных пейзажей. И всё ради них - преступников. Эта наивная вера в добро, искупление и раскаяние когда-нибудь погубит Магикс. Они заставляют раскаяться искренне и думают, что помогают. Не уходи. Дальше - всё те же преступники, если удастся встретить кого-нибудь. Навряд ли найдётся кто-то ещё не сломанный. А голограмма водопада не приятнее голограммы гор или этого луга. Как ни пытайся доказать обратное, но человек - социальное существо, в одиночку будет страдать. Нравится тебе слушать собственные мысли? Навряд ли. Под голоса динамиков можно сойти с ума скорее, чем обрести ту самую "истину". Поэтому не уходи.

- Нет, не надо, - больно ли? Ещё как. До потемнения в глазах, распадающегося на точки. Но вызывать жалость ещё и у монахов - верх унижения для Тенебриса. Да даже для Улисса обидно, но ему к подобному не привыкать. Ничего, это не первый его проигранный бой, случалось всякое, и чем дальше заходил псионик, тем серьёзнее получал отпор. В этот раз всё закончилось... необычно. На лугу, в окружении цветов и в обществе принцессы. Звучит неплохо, если не вдаваться в детали. Да, обессилен, да, ранен, да, заключён. Но жив, ещё сохранил разум и не потерял надежду вернуться к прежней жизни. Отчаиваться рано, - Давайте не будем вводить монахов в искушение. Я наговорил им утром такого, что навряд ли в них осталось желание мне помогать. Всё в порядке, - совершенно неуместно по-доброму улыбнулся Улисс. Кому-то ведь надо было прервать затянувшийся обмен грустными взглядами.

Только радостное сердце способно находить удовольствие в добре. - и ведь нет под рукой никакого камня, чтобы запустить в динамик. Зато под деревом уже получалось достаточно удобно сидеть. Все эти речи неплохо мотивируют начать передвигаться хотя бы чтобы найти место потише. Вот ещё - сутками напролёт слушать нравоучения из куста. Что б ты, железяка, понимала в радости!

- Первый шаг, значит. Вы тут недавно, - и не продолжишь ведь! Как сложно говорить, когда не чувствуешь эмоциональный отклик. А что там из опыта? Продолжить про то, что видел Диаспро достойной королевой и сожалеешь о случившемся? Только больше расстроит фею, на Эраклионе она теперь хуже простолюдинки. Спросить, как попала сюда? Не ответит, слишком свежая рана, слишком легко задеть. И о нет, только бы не сказать, что ей идут натуральные цвета этого балахона! - Эти птицы на ветке - как часы. Повторяют каждое действие ровно через час. Сейчас они вплетают в гнездо ленту, значит, без четверти два.
При прочих равных условиях, естественно. Что будет, если птиц спугнуть? Они продолжат цикл, начнут заново, улетят или не обратят внимания? Только дайте подняться. Если подумать, тут можно устроить сбой, перегрузив симуляцию. Возможно, все иллюзии храма поддерживаются на каких-то закономерностях, вклинившись в которые получится запустить цепную реакцию. Но это пока нерабочий план. Тут пригодилась бы Никса.

От одной только мысли о ведьме маг болезненно дёрнулся. Будто был ужален притаившейся в иллюзорных цветах реальной пчелой. Он был слишком увлечён сражением, пропустил момент, когда она пропала из вида. И ненавидит себя за это. Как так - почти восемь лет быть неразлучными а сейчас просто упустить из вида? Сколько тут ещё сидеть в неизвестности? И заставлять себя не думать про Никсу. Почему? Этот обруч, судя по всему, мог иметь возможность считывать мысли. Пока неизвестно с какой точностью, или эта система реагирует только на слова и эмоции, но рисковать нельзя. А заставить себя не думать невыносимо сложно. Неосознанно Улисс крутил на пальце кольцо из необычного металла. Почему его не отобрали вместе со всем остальным? Может, есть какие-то вопросы, которые и не дадут наводку всеслышащим динамикам, и помогут найти хоть какую-то зацепку?
- Я тоже тут всего день. Последнее что помню - слухи про дикую планету с монстрами и что-то странное на Диадене. А вы?

[AVA]http://b.radikal.ru/b08/1904/6b/0761712f8db6.png[/AVA] [STA]Даже не спрашивай[/STA] [NIC]Улисс[/NIC]

+1

7

Диаспро не испытывала никаких иллюзий относительно того, с кем волей случая ей довелось развязать беседу здесь, в тюрьме для тех, чья злокозненность принесла Магиксу ощутимые хлопоты, но не привела к жертвам и смертям. Самых отпетых бросали в Омегу, мелкими пакостниками занимались местные власти. Вывод напрашивался сам собой: ее новый знакомый, Улисс, вытворил что-то крупное и заметное, но не очень кровавое, что говорило об амбициозности и, возможно, гуманности измученного пленника. Судя по его виду, посадили его не так давно, и при взятии он оказывал отчаянное сопротивление. Как иначе объяснить израненный его вид и боль от каждого движения?.. Внимательно оглядывая беловолосую макушку линфейца, Диаспро нехотя ловила себя на мысли: "Преступники мне не неприятны. В Светлом камне содержатся как раз те, кого можно уважать". Эти грубые заключения казались ей странными из-за своей простоты и какой-то циничной двуличности. Ведь до сих пор ее учили уважать закон и действовать в рамках его буквы. Девушка решила подумать обо всем этом позже.

- Верно. Меня арестовали утром. - сказала коротко, не скрываясь. Какой в этом был смысл. Разумеется, девушка знала о предстоящем заключении загодя. Когда ты едва не самоназванная королева одной из самых могущественных держав, у тебя есть свои каналы. Тебе дают день-два на поиски союзников в критическую минуту, у тебя есть шанс заручиться поддержкой друзей... Обычно. Кто мог знать, что все они пойдут по пути наименьшего сопротивления. Все они. Даже Кармин, с которым, казалось, Диаспро была наиболее близка...

Она неоднократно пожалела, что просила у Йошинойи лишь невмешательства. Может, договорись она о настоящем союзничестве, всё вышло бы иначе. Да, пришлось бы повоевать, но она была бы свободна, а новые силы защитили бы её светом тысячи кристаллов. Она была бы против всего мира, так же, как сейчас, но не одна и не никчёмна.

Собеседник поспешил любезно прекратить череду ее размышлений, и Диаспро благодарно кивнула в ответ. Улисс оправдывал чудно закравшиеся в душу ожидания: он был умён и наблюдателен. Даже проведя тут половину дня, бывшая принцесса о повторяемости местных проекций не догадалась. Впрочем, она и не присматривалась, постоянно перемещаясь в пространстве, чтобы унять жажду действия. Она и не вдумывалась, поглощённая собой и своими раздумьями. – Если начать считать часы, заточение станет только дольше. – произнесла с грустной улыбкой. – Это поможет занять разум, но не сделает счастливее… Впрочем, не мне и не вам говорить о счастье. Здесь.

- Гармония с самим собой и с внешним миром – вот настоящее счастье! – не забыли отозваться волшебные динамики. Их беседу прослушивали, в том не было никакого сомнения.

Разговор замолк снова, и Улисс вдруг дёрнулся, продолжая его. То ли ему так не понравилось очередное нравоучение ненастоящего голоса, то ли что-то напомнили слова самой феи. Неважно. Важно, что он заговорил снова, а беседовать с ним было в любом случае увлекательнее, чем без конца и края ходить среди голограмм и пасторальных изображений всего того, что могло быть реальностью, если бы не её фатальная ошибка.

- Я тоже тут всего день. – Диаспро оказалась права, и это радовало. Она хотя бы не утратила способности мыслить. Но вот дальнейшие слова Улисса были ей не ясны… они звучали странно. Однако сейчас она могла говорить что угодно и кому угодно. Ей уже и так пришлось всё выкладывать на допросе, так по-магисовски замаскированном под обычную беседу. Теперь незачем было таить. Всё скоро станет ясно всем.

- Должно быть, вы о Рюгене… До моего аре… - осеклась, обречённо хмыкнув, - до моего ареста мы, Эраклион, занимались эвакуацией мирного населения оттуда на планеты Магикса, начиная с нашей. Судя по рассказам их принца, Кармина… - снова осеклась. Как бы не хотелось верить в обратное, именно его «предательство» далось фее очень дорого, - Местным приходится несладко. Огромные чудища, суровые нравы. Они, рюгенцы, сами по себе неплохи, их скорее жаль, но культурная интеграция – дело непростое. К сожалению, переселенцы ещё и мало настроены на ассимиляцию и принятие идеалов системы Магикс… - по-привычке перешла на повседневный дворцовый тон, полный сложных слов и рассуждений о народе. И она бы забылась, если бы не взглянула на собеседника снова, не увидела его обруч на голове и не вспомнила, где она и кто. И что больше этот тон ей не к лицу. – Короче, есть некоторые проблемы. «Звуки волшебства» это показали как ничто… Вы должны были слышать о случившемся. Что же касается Диадена, я никогда о нём не слышала подробно. Судя по всему, это далёкая планета, о королевской семье которой практически не упоминается. Если там и есть разумная жизнь, я о ней не знаю. – замолчала на мгновение, не зная, что делать дальше. Теперь, лишившись титула, она не могла просто следовать проторенной дорожке из набора правил для титулованных особ, у неё больше не было сценария. Одно она понимала ясно: ей не хочется прекращать диалог. Он спасал от одиночества. Сесть рядом, правда, не решалась…

Обычно в таких случаях задают вопрос собеседнику о нём самом, - пронесся в мыслях отголосок воспитания. Принцесса придирчиво оглядела Улисса, выбирая, за что бы зацепиться. И увидела кольцо. Оно переливалось разными цветами, переходя из медного в серебряное, затем в золотое. Фея драгоценностей видела это впервые. Блестящая штуковина манила и отвлекала. Чем не повод зацепиться? Хоть что-то не связанное с арестом и их учестью.

- У вас красивое кольцо. Этот материал мне незнаком. Тоже с Диадена?

+1

8

- Утром. Это интересно. Нас поместили сюда в одно время. Возможно поэтому попали в одну временную ячейку и видим одну симуляцию. Это объясняет, что вы больше никого не встретили.
Никого не встретила на этом уровне. Здесь нас должны сломать, а потом выпустить к другим, таким же сломанным для чего-то вроде групповой терапии. Там не будет иллюзий, только охрана и монахи. Что ж, монахи - люди, а с людьми иметь дело гораздо проще. А ещё это значит то, что тут гораздо больше вещей завязаны на скрытых таймерах.
- Мне нужны часы, чтобы не потеряться. Тут всё ненастоящее: погода, солнце, ветер, трава, а время настоящее. По нему можно хотя бы представить, что происходит внизу, - Улисс снова поник интонацией, и это плохо. Каждый раз всплеск негативных эмоций сопровождается очередным нравоучением из динамиков. Промелькнула мысль, что они такие раздражающие умышленно: заключённых таким образом учат подавлять эмоции. А псионика научат самоконтролю, нет худа без добра.

- Время не проходит впустую и не катится без всякого воздействия на наши чувства: оно творит в душе удивительные дела. Вы здесь - чтобы преобразиться для мира внизу и сделать его прекраснее. - динамик был верен себе и сбоя не давал. Всё слышал, всё как мог анализировал и выдавал подходящую фразу. Предсказуемо, это хорошо. Так можно быстро нащупать его допуски на эмоции, выражения и действия.
- Присаживайтесь. Мебели здесь нет, - уже более добродушно продолжил маг, - Наше заключение отмеряется не временем, а тем, насколько мы "исправились". Пока звучит абстрактно, но это первый день. Дальше будет яснее.

Чтобы не сойти с ума здесь - нужны правила. Строгие внутренние негласные правила, исключающие запуск дополнительных механизмов симуляции, не привлекающие внимания, не разжигающие лишние эмоции. Будет сложно. Первое правило: не врать. Говорить правду до тех пор, пока она не начнёт быть опасной или компрометирующей. Второе: не злиться, иначе наказание не закончится никогда. Распределять эту энергию в другие эмоции, в какие получится. Третье: держаться за реальные вещи. Что тут осталось настоящего? Собеседница, своеобразные часы, я сам и, как ни странно, динамики. Пока мы с Диаспро следуем правилам, ничего страшного не должно произойти.

В голове Улисса все эти правила звучали разумно. А так это на самом деле или нет - не проверишь, на то они и негласные. Это вселяло оптимизм. Можно было пока не опасаться за свой разум и общаться... пока всё опять не пошло наперекосяк. Диаспро, как фея драгоценностей, обратила внимание на кольцо. Псионика снова как ударило током, все мысли в том направлении доставляли гораздо больший дискомфорт, чем недавние ранения. Но следовало ответить. Честно, но сдержано.
- Нет, с другой малоизвестной планеты, необитаемой. Обручальное. Его оставили в назидание, - Вот он, ещё один предмет, связывающий с реальностью. Опускающий на землю, увы, только в переносном смысле. Ещё немного и самоконтроль даст слабину, выдаст все мысли, роящиеся в голове. Молчать нельзя, напряжение тут же уловит обруч, слежка усилится. Нужно дать оправдание тому, почему он снова едва держится, чтобы не упасть, не может разжать руку. И не наврать. И не выдать ведьму. Со стороны - не так сложно, абсолютно человеческое чувство - тревога за близкого человека, - Я не знаю где она, что с ней, в безопасности ли она, жива ли. Не знаю! И не могу знать. Единственный человек, за которого я мог переживать, у меня больше никого нет. Да, это не сравнится с целой планетой, но всё же.

Должно быть, фея скучает по Эраклиону. Сейчас он попал в чьи-то неумелые руки, точно так же может находиться в опасности. Недоброжелателей у богатой планеты всегда было достаточно, она ослабла без защиты хранительницы. Вдруг, сегодняшним же утром была объявлена война? "Мы, Эраклион" - так может сказать только живущий своей планетой политик, причём не для прессы, не на камеру, а в разговоре, даже не задумываясь. Последние события оттуда тоже давали знать о том, что королевство в надёжных руках. Диаспро где-то оступилась. Это просто, когда со всех сторон давит ответственность. Не желала зла, не должна отбывать наказание со злодеями. И Улисс, сорняк с Линфеи, не достоин её общества. Так ему сейчас думалось. Теперь маг выглядит ещё более жалко, но человечно. Не надо было ему этого говорить. Но почему-то вдруг стало легче. Когда делишь свою проблему с кем-то ещё - уже не так тяжело. Возможно, это называется дружба. За сто два года у Улисса не было настоящих друзей, так уж вышло. Откуда им взяться, если везде пробираешься по головам, и каждый знакомый - инструмент достижения цели? Сейчас они с Диаспро взаимно бесполезны, но, судя по всему, понимают друг друга.
- Пустить беженцев с проблемной планеты - великодушно. И не бросить их на произвол судьбы в диких землях. Эраклион многое потерял, как бы ни стало поздно, когда они поймут это. А они поймут.
Своим договором с Йошинойя Диаспро практически прекратила большую часть преступной деятельности на планете. Лорд получил своё и перестал досаждать дворцу. Впервые за долгое время этот драгоценный камень на звёздной карте был в безопасности, больше нет. Сколько это продлилось? Семь дней, всего неделю. А Диаспро - не капризная девчонка, какой её любила выставлять пресса за дело и без. Такая бы сейчас выдирала траву и кричала, что все монахи покойники, стоит сюда придти её папаше.
- Навряд ли это успокоит, я всё ещё считаю вас принцессой. Принцессой, скажем, этого луга, - и симуляция, как отзываясь на какие-никакие положительные импульсы, добавила цветов. Синих, как знала, - И вон того замка с флагами, - голограмма достроилась тут же, уже в виде дворца с остроконечными башнями, - Вы только отлучились на прогулку. Развеяться после рутинной государственной работы. В одежде крестьянки, чтобы никто не цеплялся взглядом за роскошное платье.

[AVA]http://b.radikal.ru/b08/1904/6b/0761712f8db6.png[/AVA] [STA]Даже не спрашивай[/STA] [NIC]Улисс[/NIC]

+2

9

- Все они в большей опасности, чем мы... - голос ее дрогнул, когда Диаспро неосознанно сделала вывод из слов Улисса, невольно продолжила его фразу. Ранимую девушку глубоко под коркой холодных дворцовых манер и злости не могли не трогать вот такие отблески любви, непритворной заботы о ком-то, кто тебе очень дорог. У этого рассудительного мужчины была невеста, о которой пленник думал даже тут, где сам воздух, наполненный ароматами ненастоящих цветов, пьянил вольномыслием, беспечностью. Монахи будто знали, что злодеев объединяет именно что жажда действия, и именно ее старались искоренить своей иллюзорной пасторальностью. Любовь же они убить не могли... Да и не хотели, наверное. Как жаль, что конкретно в этом случае именно светлое чувство мешает избавиться от тёмного. Похоже, влюблённых злодеев им не перевоспитать… если конечно не лишить памяти.

Тронутая переживаниями собеседника, Диаспро покорно опустилась рядом, грациозно, как в былые дни на пикниках, королевских обедах. Иначе не умела, подобное давно стало её частью. Она не могла подобрать нужных слов. Даже если бы захотела утешить своего невольного товарища по несчастью, не знала, что сказать. Заверения о безопасности тех, кто сейчас на свободе, были бы беспочвенны. Здесь их, её и такого же неудачливого спутника, стерегут суровая охрана и непробиваемые стены где-то далеко за границами симуляции, сейчас у них есть бесконечный запас чистейшей родниковой воды, фруктов, тепла, света и спокойствия… а что там внизу? Внизу ничего этого нет. Злыми как раз оттого и становятся, что подталкивает необходимость заботиться о собственном комфорте.

- Это было вызвано не только гуманистическими соображениями, - ей нравилось, что Улисс решил не продолжать их грустный разговор о тех, кого пришлось оставить. Королевские дела, требующие ровного ко всему отношения и холодной головы – вот прекрасная возможность отвлечься от ненужных переживаний о доме. Впрочем, девушке мало за кого можно было там волноваться теперь. – Рюгенцы достаточно хорошо развили военные технологии за годы изоляции, и неготовому встретить их оружие Магиксу это было бы хорошей угрозой. С такими лучше не ссориться. А ещё лучше – с такими дружить, перенимая лучшее и ликвидируя худшее. – она улыбнулась. Первый раз за сегодня. Хитро и довольно собой, ведь сама во многом поспособствовала всей этой политике с эвакуацией, лично обвела рюгенского принца вокруг пальца, вынудив передать все разработки в безвозмездное пользование Эраклиона. Теперь, когда чужеземное оружие больше не было загадкой для их королевства, переселенцами можно было управлять и кнутом, и пряником. Их государству ничего не грозит, у них новые орудия и технологии, а вот враги стали опасаться только сильнее. Да, ход был хорошим. – Мы думали ещё и о себе.

Но неужели именно эта детская весёлость бывшей самоназванной королевы Эраклиона привела к последующему? Ведь каждая новая фраза до сих пор во многом здравомыслящего Улисса звучала теперь всё нелепее. Про луг, про замок, про то, что Диаспро всё ещё принцесса… Он так издевается, это такая ирония? Не мог же он так быстро деградировать до уровня наивной феи? Его одурманило местным волшебством?

- Ага, а обруч у меня на лбу – лишь новая модная модель короны. – сказала с ответным сарказмом, но спокойно, как будто само это зелёное украшение на голове не пропускало наружу гнева и желания защититься за ним, вещь лучшая защита – нападение. Маленькая девочка, забитое дитя, всегда закрывалось за подобным.

Но то, с какой скоростью окружающее их пространство перестроилось, вторя словам Улисса… Диаспро допускала, что он, такой же негодяй как она сама, вполне мог злорадничать и подкалывать её, принцессу без короны, но вот Храм этого делать не стал бы. Ведь такое точно не вызывает добродушия.
Значит ли это, что мужчина поступает так не со зла, а потому… что хочет…

До девушки дошло. Он неоднократно говорил, что всё вокруг иллюзии, созданные с одной только целью. Линфеец решил обратить голограммы против них же самих.

- Но как же вы правы! – вдруг всплеснула руками, выдавая словами то, что чувствовала, и что должно было читаться местными со стороны в совершенно искажённом дискурсе. – Взгляните, и вы нисколько не стеснены в движениях, ваши рано давно затянулись, а тога как нельзя кстати удобно подогнана по фигуре. – хламида послушно приняла более удобоваримую форму. – Как хорошо, что здесь можно ни о чём не переживать, не заботиться… мы вольны делать, что хотим, без церемониалов, плотного графика!.. Вот вы, Улисс, чем обычно заняты в свободное время? Любите читать? Не хотели бы сейчас открыть какую-нибудь книгу?.. Может, что-то вас давно и долго интересовало, а времени на изучение никак не находили?.. Вот я всегда хотела знать больше о металлах и минералах, как ни странно. – девушка легко улыбнулась, она нисколько не лгала. Если ей, фее драгоценностей, был неизвестен материал, из которого сделано кольцо линфейца – это позор. А раз это кольцо так необычно, у него и свойства могут быть особые. – Мне кажется, во дворце точно должна быть библиотека. Составите компанию? Тут слишком шумно: изречения, птицы, ручей.

0

10

"Благими намерениями вымощена дорога в ад" - так говорят на Земле. Из этого следует, что в целом не важно, хорошее ты делаешь или плохое, плохо может получиться в любом случае. Возможно. На Земле живут своеобразные люди, кто их знает, что могли вложить в эту фразу. Единственное, что сейчас ясно - нельзя сидеть без дела. Диаспро быстро подхватила идею управления симуляцией. Программа помогает тем, кто идёт навстречу, освобождается от злости и всего прочего дурного. Так пусть она поработает против себя. Школа на Залторе готовила и к этому, далеко не все занятия там были про магию. Нужно хорошо контролировать свои мысли, чтобы с их помощью сдвинуть хоть карандаш.
Цветущий луг сменился огромной библиотекой.
Хороший ход, принцесса. А теперь присмотрись. На корешках книг вдалеке нет названий. Мы... только что нащупали грань, за которую не любит переходить симуляция. Она не любит мелкие детали. Мы можем загружать её ими и...
И тут магу стоило заметить, что иллюзорное пространство резко сократилось. Но он здесь не маг, не заметил. Что-то в симуляции неуловимо изменилось, отсекая идею перегрузить систему. Улисс думает слишком громко, слишком явно, недопустимо. Торжество от дурной мысли было слишком очевидным. Какая грубая ошибка, постыдная осечка. Отвратительно.

- Сегодня утром мне сказали, что мы заключены здесь для того, чтобы освободиться от всего плохого. Тогда не придал этому значения. Думал, стандартная фраза, одно из этих поучений. Оказывается, не совсем, - с этими словами мужчина взял с полки книгу наугад и продемонстрировал её фее. "История и миссия монастыря Светлый Камень" было выведено на обложке, и он готов поспорить, полсекунды назад это был гладкий однотонный картон. Открытая наугад страница должна дать ту самую искомую информацию. Почему? У этой симуляции тоже есть свои законы. Первый: медленно, но верно прививать отвращение к отрицательным эмоциям, мыслям, действиям. Все эти нравоучения из динамиков бессмысленны, их суть в другом - в раздражении. Со временем пленники начинают осознанно или нет избегать того, что запускает динамик. Второй: любые положительные мотивы немедленно поощряются. Стоило Диаспро отвлечься - её балахон перестал выглядеть как мешок. Стоило Улиссу приободрить фею - ему была дана возможность влиять на окружающий мир. Но если есть поощрения, то должны быть и наказания, стоит помнить о них. И третье правило: всё угодное Светлому Камню не встречает на пути сопротивления. Поэтому сейчас у обоих не было сомнения: прочитай вслух хоть строчку - получишь ответ.
- "Многие говорят, что мир должен быть в равновесии. Что зла всегда будет столько же, сколько добра, они неразрывно связаны. Но зло - это всегда разрушения. И когда добро идёт его путём - не жди блага. Миссия Светлого Камня - созидать. Здесь те, чьими душами завладела тьма, находят путь к свету сами. Каждый своим образом и в своё время.", - псионик по привычке попытался завести прядь волос за рог, - Выходит, мы должны исправить себя сами, а не ждать, когда это сделает симуляция. Это единственный способ выбраться. По-другому никак.
В голос вернулась обречённая интонация. Улиссу больше не до игры в выходной принцессы из сказочного замка. Здесь побывало множество злодеев. Бывали и более сильные, более хитрые, более умные, но никому не удалось сбежать. Границы симуляции заметны, у неё полно слабых мест, но стоит только подумать о них - всё рассыпается. Система отрезает способы к отступлению от единственного верного пути. Как разбежавшихся котят их возвращают в коробку.

- Не помню, было ли у меня когда-то свободное время, - линфеец со вздохом ответил на когда-то заданный феей вопрос. Когда ему читать что-то не относящееся к делу или развлекаться? - Там, внизу, я был кем-то вроде учёного, научного работника. Это отнимало всё время. Не только время, это отнимало абсолютно всё, я не заметил, как потерял последнюю человечность. Был настолько одержим и слеп... что попал сюда. Не за преступления, не так. Светлый Камень - наименьшая расплата за вышедшие из-под контроля вечные поиски. Если мы выйдем отсюда - то уже другими.
Будет ли Улисс скучать по Тенебрису? Навряд ли. Со временем монастырь вложит ему в голову то, что он был неудачной моделью поведения, нужно начать сначала, но приносить пользу Магиксу. Даже если всё ещё хочешь править всей Магической Вселенной, то зачем тебе выжженные пустыни? Править приятнее процветающими городами, ни в чём не знающими нужды.
- А что вас здесь держит? Что нужно убрать, чтобы монастырь решил, что его работа закончена?
Не так в ней много  плохого,  я думаю. Возможно, гордыня, но здесь она лечится быстрее прочего. Избалованность? Какие глупости, не пройдёт и недели, как от неё не останется следа. Впереди несколько болезненных принятий и вот, зелёный обруч размыкается. Наши пути быстро разойдутся. У Диаспро все шансы изменить жизнь к лучшему, исправившись. Её даже не будет угнетать лишение статуса принцессы. Стоило бы за неё порадоваться. А я останусь один, как раньше, сорняк. Диаспро станет той, кем должна быть: мудрым государственным деятелем, старые связи не оставят её без работы. А репутация феи никогда не была безупречной, отмоется и от этого. Но уже искренне, раз и навсегда, больше без желания влезать во всякие авантюры. Ей хватит сил не сойти с ума здесь. Очень хочу, чтобы хватило. Всё равно на какой стороне, ты должна продолжать.
В самом деле, когда слышишь чьё-то пение, если песня хороша - абсолютно всё равно кто её исполняет: фея, ведьма, человек, хоть маленькая пикси. Так и сейчас. Фея могла удержать в руках целую планету, очень проблемную, вспыльчивую планету. Эраклион весь состоит из проблем, больших и поменьше. Многие бы просто побоялись взойти на трон. Пусть Диаспро больше не сможет править лично, но она найдёт способ влиять на происходящее.

[AVA]http://b.radikal.ru/b08/1904/6b/0761712f8db6.png[/AVA] [STA]Даже не спрашивай[/STA] [NIC]Улисс[/NIC]

+1

11

Комната подвергалась деформации. Диа видела это. Инакомыслие вынуждало несуществующего оператора иллюзии приструнять дебоширов очень просто: им обрубали крылья, которые те вот только умели обрести. Перемену в настроении Улисса трудно было не заметить: вот он вдохновенно грезит о фермерском луге с цветочками (линфеец, что с него взять), а вот отчаялся. Сожалеет о том, кем был. Спрашивает, что держит Диаспро, тут. В Светлом Камне.

- Зависть? По крайней мере, так мне говорили монахи. – Принцесса приуныла следом, будто под каменной стеной вокруг сердца какой-то траншеекопатель прорубил ход для печали. – Мне никогда ничто не давалось легко. Я завидовала. А потом у меня всё отобрали. Без капли труда и усилий. – Отчаяние, будто паразитирующая материя, опухоль, обрастала ложноножками и окутывала душу. Стало холодно даже телу. – У меня был жених, королевство. Я шла к этому всю жизнь, а потом какая-то безродная девчонка отняла всё. Я здесь потому, что хотела бороться за своё счастье. Это плохо?..

+1

12

- Вот как, - Улисс выслушал фею, всё немного прояснилось, - Тогда нам по пути.
Даже если они оказались в одной симуляции только из-за времени помещения в монастырь, это уже несло в себе какую-то пользу. Например, окажись кто-то из них вместе с Трикс, они застряли бы тут надолго. И сейчас стало как-то особенно обидно. Обидно за то, что никакой Даркар его отсюда не вытащит. А ждать Никсу только возвращаться в отчаяние. Зачем Диаспро в очередной раз слушать про "где она, что с ней" и прочую болтовню о разлуке? У неё достаточно проблем, - Это и хорошо, и плохо. Не знаю как сказать лучше.
Думать стало гораздо тяжелее. Улисс и так никогда не отличался уравновешенностью, а когда перестали действовать даже самые лёгкие чары, приводящие мысли в порядок, в голове остался только бардак. Тяжело связать это в понятную речь.
- Может, мы выбрали не самые лучшие методы для достижения счастья? Или счастье какое-то неправильное. А ещё, может быть, кто-то очень давно решил что будет называться "хорошо" и поощряться, а что "плохо" и наказываться. Но знаете что больше всего вероятно? Что вообще нет никакого хорошо и плохо, можно и нельзя тоже нет, а вместе с ними и справедливости. Это люди придумали для того, чтобы как-то себя контролировать. То что я говорю - не нравится Светлому Камню. Если продолжу - мы вернёмся на луг, динамики продолжат своё дело. У них тут фраз на много лет вперёд.
Но проклятая говорилка пока молчала. Возможно, поощряя Диаспро. Она сделала довольно серьёзное признание, вмешиваться сейчас - делать шаг назад. Да и ещё осталось, что сказать, чтобы как-то спасти положение.
- Знаете, я видел многое. Как наказывают за спасение планеты, как убийцу делают героем. Как тут верить в справедливость? Даже если мы захотим исправиться - как стать именно тем, кого мир считает хотя бы приблизительно хорошим? Никак. Мы не станем хорошими после отбывания наказания здесь. Мы станем удобными. Вот вы, Диаспро, будучи правительницей, не хотели бы иметь такое место, где из неугодных вам людей делают угодных? Все бы хотели. И вот, мы тут.
И симуляция начала меняться. По одному растворялись книжные стеллажи, пропадали столы и стулья. Пропали и стены, а вместо них... не появилось ничего. Пустое серое пространство: ровная бесконечная плоскость пола и ограничиваемая взглядом полусфера вокруг. Это выглядело пугающе. Никакой тёмный лес не мог сравниться с бесконечным во все стороны ничем. Улисс сломал Светлый Камень? Нет. До него было много попыток выбраться изнутри, ни одна не увенчалась успехом. Невидимый наблюдатель тянул паузу. Единственным, за что можно было зацепиться взглядом была его собеседница. Даже опереться вокруг не на что, Улисс снова оказался лежать на зем... на плоскости. Это не земля, ровная поверхность, не холодная и не тёплая, без текстуры, как безупречно отполированный металл. Нет смысла спрашивать что происходит. Оно само даст ответ.

- Счастье подобно бабочке. Чем больше ловишь его, тем больше оно ускользает. Но если вы перенесете свое внимание на другие вещи, оно придет и тихонько сядет вам на плечо.

Голос не был громким, но заставил вздрогнуть. Всё тот же, что из динамиков, но ненаправленный и как будто не имеющий источника. Очень неприятное ощущение. Так делают неумелые псионики, пытающиеся передать мыслями голос. За подобное ставят тройки. Но тут всё иначе.

- Вы уверены, что хотели добиться именно счастья? Представьте, что прямо сейчас получили всё, о чём мечтали. Представьте. Это оно, счастье?

- Да, это оно, - мужчина ответил скорее от обиды, потому что закрыл глаза и представил совсем не себя на троне Магикса. Трон - это хорошо. И даже не себя, объятого свечением силы, не сравнимой с самим Драконом. Сила - тоже хорошо. И даже не все богатства планет, сваленные в огромную кучу. Хотя богатство - тоже хорошо. Только все эти вещи - приходящие. Их можно добиться при должном усердии правдами или неправдами, но только с одним условием.

- Значит, будь счастлив, - ответил голос и обратился к Диаспро, - Теперь твоя очередь. Мечтай, мечтай вслух.

Теперь чей-то голос, считающий себя тут самым умным, будет говорить чего мне хотеть правильно, а чего нет. Дожил. То есть я должен тут валяться и переосмысливать мир до тех пор, пока ему не начнёт нравится. Ооо, я сейчас открою глаза, а мне представятся картины как это тяжело - миром управлять. И какая это ответственность - большая сила. Да, прямо как в сказках. Покажи мне сказку, Камень. Здесь становится скучно.

Но вокруг всё то же серое пространство. Ни тебе личного замка, ни свечения. Как валялся, так и валяется, но уже с открытыми глазами. Где оно, счастье? Близко.
Стоило найти силы и повернуть голову, стало понятно, что именно имел в виду Камень. Рядом с неестественно счастливым видом сидела Никса. Псионик дёрнулся в сторону от неё, это было оскорбительно. Проклятый монастырь. Нечто или некто грубо копалось в его памяти и надёргало этот нелепый собирательный образ ведьмы. Она узнаваема, но совершенно чужая. Красива, но безобразна.
- Прекратите! Немедленно убери это, УБЕРИ! - маг закричал, на последнем слове срывая голос. Не так, как утром. Иначе. Но голограмма не пропадала. Что это за образ? Всё не так, будто собрано по кусочкам из разных воспоминаний. Это выражение лица, откуда оно? Точно, когда-то давно, на одной из первых прогулок совсем юная ведьмочка ещё не была настолько язвительной, обруч взял эту светлую радость. Одежда... да! Та, которую "исправила" Эмпирика магией красоты. И кольцо. Из того же металла, хоть и не сверкает без источника света. Все прочие детали были максимально идеализированы, достроены симуляцией по стандартным алгоритмам. И она вот-вот заговорит. Заговорит теми же самыми цитатами, что динамик.
- Прекрати, прошу. Я был не прав. Не прав, признаю, и больше не буду говорить такие вещи. Не буду пытаться перехитрить тебя и сбежать. Дай время. Пока я не знаю что делать с собой, дай помочь Диаспро. Да, я хочу помочь ей, разреши. Ведь помогать - это хорошо?
И фигура исчезла. Это было наказание? Возможно. Монастырь одним из своих алгоритмов правда думал, что это может быть на пользу? Тоже возможно. Но что-то внутри сломалось.
[AVA]http://b.radikal.ru/b08/1904/6b/0761712f8db6.png[/AVA] [STA]Даже не спрашивай[/STA] [NIC]Улисс[/NIC]

+1

13

Всё произошло быстро. Библиотечные декорации сменились полным отсутствием каких-либо других. Пара неосторожных, но искренних слов из её уст, и вот линфеец гневается. Не на неё, на ситуацию, на мир, на тонны несправедливости в нём, на сам этот монастырь, который старается загасить в узниках пламя личности, заменить его безвольным тлением. Она была неосторожна, признавая очевидное, неосторожна, высказывая то, что лежало тяжёлым камнем на сердце, но иллюзия на её слова не реагировала. Шкафы, книги и полки растворились от речи Улисса. Она, Диаспро, обижалась на себя. Она искала вину в своих поступках и старалась отыскать причину, почему её «хорошо» было для мира очень «плохо». А Улисс, он… не считал себя виноватым. Не искал идеала. И за это его наказали.

И мужчина, и девушка в одночасье рухнули на пол, лишившись опоры под ногами в виде паркетной доски. Он – лёг на лишённую красок поверхность пола, она – села в позу лотоса. Он закрыл глаза, а она оглядывалась, не понимая, что творится вокруг. Мужчина замолчал неподвижно, пропали и динамики. Если раньше можно было общаться с линфейцем и бездушным говорилом тоже, то теперь и этого не было. У неё отобрали единственного собеседника… приятеля?.. друга? Даже недруга-ментора отобрали. Она снова осталась одна. Да, Улисс жив, дышит, это видно, но видно и что монастырь пригвоздил его к полу, что мыслями линфеец далеко не с ней. С ней никого и ничего.

- А дальше что?.. – обронила срывающимся голосом. Что делать здесь, в пространстве без цвета и света. Куда идти, чем занять себя? О чём думать и куда смотреть? Она не знала. Ещё один быстрый взгляд на безмолвно лежащую фигуру малознакомого собрата по несчастью, ещё одна мысль о том, что ей, в общем-то, больше не светит никого обрести здесь, в этой белой пустыне. Что у неё отобрали то, что было, что не дадут ничего взамен. Что она снова оказалась неправильной для мира, который только и делал, что поучал её правильности. Всю жизнь. Только по правилам… Ещё одно сожаление о том, что не погибла на концерте, когда её пронзило электрическим током. Уж лучше смерть, чем пустота.

Она заплакала. Тёплые нежные слезинки покатились по холодным щекам, согревая кожу. Глаза защипало, губы стали мягче, а к пальцам прикоснулась дрожь. Принцесса на миг опустила голову, сжала пальцы. Она не должна плакать. Не сейчас. Она сильная и должна найти выход, как находила до сих пор… должна. ДОЛЖНА!

Принцесса резко открывает глаза и бросает быстрый взгляд на Улисса как на единственный объект в этой многомерной белой пустыне. Бросает, стирая ладонью слёзы с подбородка… и млеет.

- Ваше… высочество?! – она не верит своим глазам. На месте тщедушного линфейца – рослый крепкий юноша с пшеничными волосами. Обтягивающий костюм специалиста запятнан кровью, в боку – алая рана, он весь потёрт, запылен. С правильного красивого лица сошли краски жизни. Тонкая губа рассечена.

Диаспро не понимает, что происходит. Не хочет понимать. Она порывается встать и дотронуться до бездыханного тела. Она хочет коснуться его, проверить пульс, хочет потрепать за бледные щеки, заставить лазурные глаза открыться. Это Скай, вот он, её любовь, её единственная надежда на счастье. Она хочет встать, но не может. Пол не пускает её. Как гравитация, если бы Диаспро только знала это слово, как магнит, как невидимые силки. Не пускает. Не даёт.

- Пусти! – кричит, стараясь вырваться. Глаза снова полны обжигающих слёз. – Пусти! Он умирает, ну же!

- Он умирает по твоей вине, Диаспро. Это ты обрекла его на погибель. – невидимый голос из ниоткуда режет сердце без ножа. Он невидим, неосязаем, но слышен. Он давит холодом своего спокойствия. Давит правдой и упрёками.

- Нет! Это неправда! – хватается за голову, щурится, подтаскивает ноги к себе. – Неправда! Его должны были похитить, а не убить! Я бы спасла его! Неправда! – кричит, обезумев. Мотает головой, щурится. – ЭТО НЕПРАВДА!!! Я НЕ ДОПУСТИЛА БЫ ЭТОГО!!!

- Ты играла чужой жизнью, Диаспро.

- НЕТ! ЭТО НЕ ТАК! ТЫ ВСЁ ЛЖЕШЬ! – она вопит что есть мочи, защищая последнее, что у неё есть есть – личность. Ей больно. Больно.

- Правда? – голос вдруг обрёл направление, сменил тон. С мужского на женский, из ниоткуда в конкретную точку. Эффект неожиданности, классика жанра. Сработало как часы. Принцесса убирает ладонь от ушей, открывает глаза, испуганно. Бездыханное тело принца сменяется сидящей в грациозной позе феей. Единственной феей, которая для Диаспро что-что значила. – Конечно, можно было бы сделать ставку на уровень образования в Красном фонтане, всё же там готовят лучших из лучших, но… где гарантии, что всегда опекаемый принц, который и шагу не ступит без своего эсквайра, способен выбраться из беды? Насколько мне известно, мафиози не отличаются мягкостью по отношению к своим старым врагам. – О да, это она. Марьяна. Рассудительная, темноволосая, слегка отстранённая и ироничная. В пышной юбке, прекрасная. Непоколебимая.

Диаспро замерла от страха. Это было слишком. Всё это было слишком. Сначала труп. Теперь живая. Говорит то, чего не может знать… Или может? Говорит так, будто сидит с ней рядом. Даже её черные ресницы подрагивают.

- Хватит, прошу! – исступлённо вырывается у Диаспро. – Пожалуйста! – она больше не может. Её сердце устало биться, она свернулась в клубочек сомнений, обнимая колени. Она жмурится, лишь бы ничего этого не видеть.

И её слушают. Слышат. Пустота сменяется цветущим лугом. Журчит ручей. Поют птицы. Всё вспять.

Отредактировано Диаспро (2019-06-02 13:05:43)

+1


Вы здесь » WINX CLUB: Ritorno Della Storia » Альтернатива » Бесконечность и камни


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC